Лаборант вечной жизни, практик теорий Я. Бельбо
Каждый раз, когда айтишнику говорят спасибо, умирает дальневосточный леопард.
Это единственная уважительная причина тотальной неблагодарности пользователей ящетаю.
Но вчера в поликлинике мне на уши присел молодой пенсионер. Жаловался, как водится, на все, но в особенности на компьютерную безграмотность врачей. И рассказал, какую чудную программу им установили на работе: и бегать никуда не надо, и в архивах рыться не надо, а какая экономия на шоколадках для секретарш!
И такой он был довольный, что я чуть было не разрыдался от умиления.

Это единственная уважительная причина тотальной неблагодарности пользователей ящетаю.
Но вчера в поликлинике мне на уши присел молодой пенсионер. Жаловался, как водится, на все, но в особенности на компьютерную безграмотность врачей. И рассказал, какую чудную программу им установили на работе: и бегать никуда не надо, и в архивах рыться не надо, а какая экономия на шоколадках для секретарш!
И такой он был довольный, что я чуть было не разрыдался от умиления.
Бесконечно, бесконечно я могу жаловаться на медицинскую безграмотность пациентов, бесконечно!!!!
r_gelraen, между прочим, тот же молодой пенсионер произнес и пламенную речь о том, что к врачу надо ходить подготовленным. Потому что они - женщины-врачи - злые стали и только и мечтают, как бы пациенты на тот свет списать. После этого он спросил, готов ли я вступить в неравный бой, я ответствовал, что пришел на выписку и тем самым спровоцировал полнейшую потерю интереса к своей персоне.
(Конец пятиминутки ненависти)
Так я добросовестно перебрал все буквы алфавита, и единственная болезнь, которой я у себя не обнаружил, была родильная горячка.
Вначале я даже обиделся: в этом было что-то оскорбительное. С чего это вдруг у меня нет родильной горячки? С чего это вдруг я ею обойден? Однако спустя несколько минут моя ненасытность была побеждена более достойными чувствами. Я стал утешать себя, что у меня есть все другие болезни, какие только знает медицина, устыдился своего эгоизма и решил обойтись без родильной горячки. Зато тифозная горячка совсем меня скрутила, и я этим удовлетворился, тем более что ящуром я страдал, очевидно, с детства. Ящуром книга заканчивалась, и я решил, что больше мне уж ничто не угрожает.
Джером бессмертен, да.
Ты серьезно? Яжмогу! И в ней будет много пунктов!
r-impertinent, тащи уж! Мне терять нечего.